Сначала Александру Доценко и его жене Анастасии Дюдяевой дали 3 и 3,5 года за то, что они якобы разложили антивоенные листовки в супермаркете.

Потом у мужа (65 лет!) в колонии случился инфаркт. Теперь жену не отпустили на его похороны.

В том, что пара виновна, сомневался даже эксперт на суде.

Последний раз они виделись год назад, по видеосвязи. Александр держал в руках листок бумаги с надписью «Ася, я тебя люблю».

Больше 500 человек сидят в России за слова и действия против войны и в поддержку Украины - это только по оценке «Мемориала». За репосты, видео, закрашенные буквы Z и пожертвования пострадавшим.

Четыре года назад я не мог поверить, что моя страна нападёт на страну моих предков, потому что Путин решит, что ему это нужно для удержания власти.

Умом я всё понимал, знал, видел предупреждения, а поверить не мог. Два месяца непрекращающегося шока. Потом свыкся: человек, увы, привыкает почти ко всему.

Я начал помогать – украинцам и тем россиянам, кто против войны. Оружие, фронт – не моё. Я уважаю тех, кто выбрал этот путь, но по ряду причин не могу. Да и мои личные ресурсы на фоне того, как ежедневно сгорают сотни жизней и гигантские деньги, тоньше комариного писка. Зато могу делать другое: гуманитарка (на стене – благодарности), антивоенные инициативы, работа с военнопленными, поддержка политзаключённых, помощь антивоенным эмигрантам, адвокаты, визы, контрпропаганда, экспертиза, расследования эпизодов гибридной войны… Делаю что могу, чтобы потом было чуть меньше стыдно за то, что это случилось. За то, что от нашего имени – имени всех россиян – убивают и грабят.

Если бы мне кто-то сказал тогда, что это продлится четыре чёртовых года… и что это ещё не конец.

Счёт потерь – чудовищный. Миллионы искалеченных судеб. Миллионы украинцев живут зимой в холоде и темноте под ударами по энергетике. Путин разрушил Украину и угробил саму идею «нормального русского мира» – мира, где почти 300 миллионов людей считали русский язык и культуру своими. Вместо этого – ненависть на поколения. Россия всё глубже уходит в зависимость от Китая: сырьё туда, товары оттуда. Хочешь заниматься наукой и технологиями – уезжай.

Путин не хочет заканчивать войну. Его можно остановить, просто перестав ему помогать.

Не спешить исполнять преступные команды. Не обслуживать пропаганду. Не делать вид, что «это не про меня». Это звучит скромно, но в сумме работает. А если есть воля и решимость — помогать тем, кто не хочет убивать и умирать, саботировать военные заказы, не участвовать в милитаризации вокруг себя. Важно одно: перестать быть винтиком.

Опыт Германии показывает: потом, через годы, станет мучительно больно понимать, что мы наделали и как многие «просто жили своей жизнью». Смотреть придётся в глаза соседям и собственным внукам.

А пока пошёл пятый год позорной войны.